Ко мне, как к дознавателю местного отделения полиции, с заявлением обратилась некая гражданка, в котором указала, что у нее украли сотовый телефон.

Обстоятельства были банальны. Женщина с восьмилетним сыном поехали на автовокзал встречать бабушку. До ее приезда оставалось полчаса. Ребенок дремал, прислонившись к спинке скамьи в зале ожидания. Мать решила отлучиться до буфета.

Она шепнула сыну, что отойдет на пару минут, и ручки сумки просунула сынишке сквозь его предплечье. С кошельком в руке женщина ушла. Вернувшись через десять минут, она обнаружила, что сын сладко спит, раскрытая сумка стоит рядом.

В ней не оказалось сотового телефона, документы на который женщина мне также предоставила. Вещь была очень дорогая, купленная совсем недавно.

Я незамедлительно послал оперуполномоченного Михаила на автовокзал. Там могли быть камеры наблюдения, тогда нам было бы гораздо проще отыскать воришку.

Женщину с сыном я отпустил, стал разбирать другие материалы, пока не приехал Миша с диском и загадочным выражением лица.

– Ты даже не представляешь, Серег, – сказал он мне, – разгадка есть, преступник известен. Можешь закрывать дело!

– А разве вора нельзя привлечь? – удивился я.

– Смотри сам, – сказал мне Михаил, протягивая диск. На ней содержалось видео с камеры наблюдения. Я раскрыл рот, когда увидел преступника.

Вот женщина уходит, оставляя сумку сыну, который, похоже, крепко спит. Как только мать скрывается в дверном проеме, ребенок тут же вскакивает, достает из сумки телефон, видимо, выключает его и прячет в карман своей куртки.

Наивный мальчик не подозревал, что современные технологии проникли и на старенький автовокзал – камера находилась как раз напротив совершения данного злодеяния.

Я был в шоке от увиденной записи. Зачем ребенку воровать у собственной матери? Что это – месть, зависть, ревность? Что двигало второклассником?

Я решил немедленно ехать к ним домой, предварительно позвонив женщине и предупредив о своем визите. Жили они недалеко, в пяти минутах езды.

Мне открыла дверь мать и провела меня на кухню.

– Мы нашли вора, – сказал я.

– Так быстро? – изумилась женщина.

– Да, к счастью, там оказалась камера наблюдения. И позовите сына. Пусть он тоже посмотрит. У него же из-под носа украли телефон.

Пока мать звала ребенка, я достал из портфеля ноутбук, загрузил видео. Когда началась запись, мальчик стал заметно нервничать, но не делал попытки помешать матери досмотреть. В конце он опустил голову и сел рядом на стул.

– Это как понимать? – возмутилась мать. – Ты, мой сын, воруешь у меня, родной матери?

– Так, успокойтесь, – попытался взять ситуацию в свои руки я, – разрешите мне поговорить с мальчиком. Выйдите на пару минут.

Лицо женщины покрылось багровыми пятнами. Было видно, что ей хотелось высказать сыну намного больше, но мое присутствие смущало ее. Она вышла из кухни.

– Тебя как зовут? – спросил я.

– Никита, – вяло ответил мне ребенок, не поднимая глаз.

– Так, Никита, – начал я, – мама вышла, и ты можешь сказать мне правду. Заведено уголовное дело, лгать категорически запрещено.

Зачем ты вытащил телефон?

– Я никому не нужен, – печально сказал мальчик.

– Объясни! – потребовал я.

– Родители не обращают на меня внимания. Папа работает на вахте, его постоянно нет дома. Мама приходит вечером домой и сидит в Интернете. У меня старый отцовский телефон с кнопками, – Никита достал из кармана маленький мобильник с разбитым экраном и стертыми клавишами, – а мама покупает себе дорогие вещи. Папа постоянно переводит много денег. Я хочу игрушки, мороженое …

Мальчик проговорил свою тираду на лету и в конце резко остановился и заплакал. Я погладил ребенка по голове.

– Может, тебе еще рановато иметь дорогой телефон. А вот игрушку я попрошу твою маму тебе купить. Но ты должен вернуть ей то, что украл, и пообещать мне, что впредь воровать не будешь. Это очень плохой поступок, Никит.

– Обещаю, – всхлипывая, пробормотал мальчик.

В кухню заглянула мать. Никита достал из другого кармана ее телефон, отдал ей и бросился ее обнимать. Мать растрогалась. Он попросил прощения. Сцена примирения была просто великолепна.

Затем мы отправили ребенка смотреть телевизор. Я поговорил с женщиной и понял, что родители стараются не баловать мальчика. Но, в итоге, получилась как-то так.

Я посоветовал маме с Никитой обратиться к школьному психологу, чтобы обнаружить все скрытые проблемы у ребенка и вовремя помочь ему и родителям решить их.

А дело придется закрывать. Такая вот история.